Российско-Украинский деловой совет

Президент Украины принял верительные грамоты у послов ряда зарубежных стран

Президент Украины Петр Порошенко принял верительные грамоты у послов ряда зарубежных стран: Республики Корея - г-на Ли Янг Гу, Малайзии - г-на Датука Аяуфа Бин Бачи, Республики Казахстан - г-на Самата Исламовича Ордабаева, Аргентинской Республики - г-на Альберта Хосе Алонса и Китайской Народной Республики - г-на Ду Вэя.

В свое время банки стран Балтии, особенно Латвии, сыграли огромную роль в «перекачивании» финансовых ресурсов с востока (в основном из России, частично из Украины) на Запад (в страны ЕС и в оффшоры). Именно на не совсем «чистых» финансовых операциях с капиталами, происходящими с постсоветского пространства, «поднялся» известный латвийский Parex bankа. «Золотой период» латвийских банков пришелся на конец 90-х годов прошлого века, когда они не только обслуживали товарный транзит сырьевых ресурсов из России на запад через порты Балтии, но и служили своеобразными «оффшорными лазейками», через которые уходила значительная часть доходов от российского экспорта.

Однако вступление стран Балтии в ЕС с достаточно строгим «европейским» банковским законодательством привело к ликвидации полуоффшорного» статуса латвийских банков и они лишились значительной части своих заработков. Правда, в первые годы после вступления бывших советских прибалтийских республик в ЕС их банки начали зарабатывать на охватившем эти страны потребительском и ипотечном буме. Бум на рынке недвижимости был спровоцирован искусственно притоком капиталом извне и рано или поздно должен был закончиться, особенно после того как цены на жилье в Риге, Таллинне и Вильнюсе достигли уровня более благополучных скандинавских стран.

В 2007-2008 гг., когда с наступлением «первой волны» мирового экономического кризиса иностранные инвесторы начали выводить деньги из стран Балтии, с «балтийским экономическим чудом» все закончилось: «пузырь» на местных рынках недвижимости лопнул, у банков начались проблемы и тот же Parex bankа пришлось государству срочно спасать путем реструктуризации, отделения «плохих» активов и рекапитализации.

В послекризисный период появилась некоторая надежда на оздоровление банковского сектора стран Балтии, но она оказалась иллюзорной. Дело в том, что именно после кризиса «несамодостаточность» и бесперспективность балтийских экономик стала очевидной. Большинство производств, доставшихся в наследство с советских времен, либо уничтожены, либо деградировали, резко сократилось сельскохозяйственное производство, пользуясь отсутствием визовых барьеров, из стран Балтии в более богатые государства ЕС выехала на заработки большая часть молодежи.

Сегодня страны Балтии превратились в «государства пенсионеров и чиновников», обеспечение и содержание которых ложится значительной нагрузкой на госбюджеты. Коммерческие банки в странах Балтии вынуждены «за неимением альтернатив» заниматься потребительским и ипотечным кредитованием, однако, как известно, эта сфера деятельности приносит банкам прибыль, пока растут доходы населения. Доходы пенсионеров и чиновников в государствах, где реальный сектор ужался до минимума, а сфера услуг деградирует, расти не могут и значит рост проблемной задолженности до критической у банков стран Балтии был лишь вопросом времени.

При этом искусственно ускоряют наступление кризиса в банковой системе стран Балтии собственники латвийских, литовских и эстонских банков, которые осознав то, что у банковского бизнеса в данных странах просто нет перспектив, начали выводить свои капиталы на другие рынки. В числе первых осознал «начало конца» собственник одного из крупнейших банков стран Балтии – литовского Snoras и латвийского Latvijas Krajbanka (60% акций которого принадлежат Snoras) – Владимир Антонов.

Владимир Антонов также в свое время имел определенные «виды» на развитие своего банковского бизнеса в Украине. Купить активы в Украине Владимир Антонов собирался давно – его Convers Group искала украинский банк для покупки с 2005 г., однако планы несколько скорректировал кризис 2008-2009 гг. И в начале 2010 г., когда в нашей стране наметился экономический подъем, он купил один из украинских «банков-середнячков» – «Партнер-банк», который был переименован в «Конверсбанк».

«Конверсбанк», как и литовский Snoras, и латвийский Latvijas Krajbanka, вошел в Convers Group, положение которой в последнее время ухудшается и Владимир Антонов начал распродавать те активы, которые он приобретал «на перспективу», и выводить свои капиталы из государств, где наметились экономические проблемы – из тех же стран Балтии.

При этом в нынешнем году без больших проблем и конфликта с законом продать свой бизнес Владимиру Антонову удалось лишь в Украине, что лишний раз свидетельствует о том, что положение в банковской сфере нашей страны намного более «здоровое», чем в странах Балтии. Новыми собственниками «Конверсбанка» стали десять его топ-менеджеров, что тоже символично (менеджеры, лучше других знающие ситуацию в банке, вряд ли стали бы его выкупать, если бы знали, что его положение трудное). На 1 ноября 2011 г. активы «Конверсбанка» составляли 2,795 млрд. грн. ($350 млн.), уставный капитал – 195,9 млн. грн. ($24,4 млн.), регулятивный капитал – 278,4 млн. грн. ($34,7 млн.). Чистая прибыль за январь-октябрь 2011 г. составила 0,54 млн. грн. ($67,3 тыс.).

Переговоры о покупке «Конверсбанка» велись еще с лета, и после согласования сторонами всех условий договора сделка 22 ноября 2011 г. была успешно завершена. В банке не разглашают сумму сделки, но отмечают, что после ее завершения капитал увеличится до 600 млн. грн. Новые владельцы, по их заявлениям, планируют увеличивать активы банка и строить региональную сеть.

Однако вывести деньги из своих литовского и латвийского банков у Владимира Антонова не поучилось. Самое главное – не удалось найти покупателей на данные банки даже в то время, когда была хоть какая-то надежда на «возврат перспектив» в странах Балтии. После того, как в Евросоюзе начались проблемы с греческими долгами, стало очевидно, что кризис очень быстро доберется до Латвии и Эстонии. В итоге Владимир Антонов не придумал ничего лучшего как попросту пожертвовать своими финучреждениями, сознательно их «финансово обескровив» и доведя до банкротства.

Сперва проблемы начались с литовским Snoras. Причем, по мнению литовского Центробанка, главной их причиной стало то, что собственник – Владимир Антонов – начал выводить из финучреждения деньги. В итоге обязательства банка резко превысили его активы, регулятор вмешался в ситуацию достаточно поздно, после некоторых бесплодных попыток спасти положение банк Snoras был признан неплатежеспособным. 16 ноября 2011 г. банк Snoras национализировали.

Проблемы в литовском банке Snoras сразу же отразились на его латвийской «дочке» – Latvijas Krajbanka, откуда, как считают представители латвийского центробанка, Владимир Антонов также «выводил» средства. Всего в Latvijas Krajbanka обнаружили недостачу $200 млн. Власти Латвии 17 ноября приняли решение установить ограничения на деятельность Latvijas Krаjbanka, а 21 ноября остановили оказание всех финансовых услуг Latvijas Krаjbanka.

По мнению аналитиков, в условиях набирающего силу кризиса европейских финансовых институтов крах двух крупных банков Балтии может только усугубить ситуацию. Поэтому британские власти, которые известны тем, что без всякого зазрения совести дают приют всевозможным аферистам с различных стран, в случае с Владимиром Антоновым дали понять, что тем, кто «расшатывает» финансовую систему Евросоюза, рассчитывать на их покровительство нечего. На минувшей неделе Владимир Антонов был арестован в Лондоне по обвинению в незаконном присвоении средств в крупных размерах и подделке документов в банке Snoras и, судя по всему, вскоре по решению суда будет экстрадирован в Литву.

Судьба Владимира Антонова – это «намек» со стороны властей ведущих стран Евросоюза собственникам других европейских финучреждений, которые хотели бы напоследок, накануне краха своих детищ «спасти хоть что-то для себя». Кроме того, сам факт того, что собственник, который еще недавно распродавал активы в России, чтобы сосредоточиться на бизнесе в странах Балтии, не предпринял никаких мер по спасению своего банковского бизнеса в этих странах, а, наоборот, начал его «топить», говорит о том, что перспектив у банковских систем стран Балтии нет. Эти государства стоят на пороге новой волны кризиса, после которой они превратятся в бедных, нищих и обезлюдевших на фоне раздираемого противоречиями Евросоюза – если таковой, конечно, еще будет существовать. Более того, может случиться то, чего еще никто не ожидал: страны Балтии начнут видеть свое спасение в союзе с богатой ресурсами и имеющей определенные экономические перспективы Россией. Нынешние экономические проблемы Литвы и Латвии – это закономерный итог поспешного «бегства в Европу», в котором, как известно, страны Балтии из постсоветских государств были в первых рядах.

Максим СТЕФАНЮК

До недавнего времени само нахождение штаб-квартиры какого-нибудь банка в стране, входящей в Евросоюз, и особенно в еврозону, говорило о его надежности, особенно если данный банк входил в число ведущих финучреждений соответствующих стран. Считалось, что в условиях «торжества европейских ценностей» и по мере укрепления Евросоюза надежность европейских банков будет только возрастать. Во многом именно имидж «надежности» помогал европейским банкам привлекать финансовые ресурсы со всего мира – в том числе и средства частных лиц. Счет в британском или французском банке для состоятельного украинца, бангладешца или зимбабвийца был предпочтительнее счета в «родном» украинском, бангладешском или зимбабвийском банке, даже если этот банк был дочерней структурой соответствующего европейского банка. Сверхнизкие процентные ставки по депозитам на уровне 1-2% годовых или ниже (при том, что инфляция реально опережала эти проценты) считались «само собой разумеющимся», поскольку главным «бонусом», который давал европейский банк, был не доход по вкладу, а ощущение его «надежности».

Однако долговой кризис в странах Евросоюза уже сегодня приводит к тому, что мифы о «надежности» европейских банков стремительно рушатся. Сомнения в том, что банки в странах ЕС «застрахованы» от банкротства, появились в 2008 г. Однако тогда проблемы банков фактически взяли на себя соответствующие государства, которые осуществили рекапитализацию наиболее пострадавших от кризиса финучреждений. Однако «накачивание денег» в проблемные банки осуществлялось не за счет дополнительных доходов бюджетов (которые в кризис, естественно, уменьшились), а за счет эмиссии государственных долговых обязательств, которые тогда еще удавалось размещать с минимальной доходностью, поскольку инвесторы верили в их надежность. На сегодняшний день ситуация коренным образом изменилась. Государства еврозоны помочь своим банкам в прежней степени уже не могут, поскольку перед ними остро стоит вопрос обслуживания резко увеличившейся задолженности, которую они нарастили в последние годы, в том числе и с целью помощи банкам. Инвесторы и вкладчики, понимая проблемы Евросоюза, начинают изымать из европейских банков свои средства, причем, чем дальше – тем больше.

Между тем отдавать деньги для банков стран ЕС становится все болезненней. Из-за несоответствующей сегодняшним потребностям структуры активов, портфели европейских банков «перенасыщены» долговыми обязательствами проблемных европейских стран, с которыми они буквально не знают, что делать: греческие гособлигации уже превратились «мусор», который никто покупать не хочет; такая же судьба угрожает и обязательствам других европейских стран. Однако осуществлять платежи клиентов и финансировать ранее запланированные программы банков – нужно, но у многих из них ситуация с ресурсами сложилась просто катастрофическая.

В итоге на минувшей неделе из Евросоюза пришло «тревожное» известие: банки еврозоны 23 ноября 2011 г. заняли у Европейского центробанка EUR247 млрд. – максимум за весь период с начала кризиса, т.е. с 2008 г. По словам европейских банкиров, со времен банкротства Lehman Brothers таких проблем у банковской системы еврозоны еще не было. Европейские банки отчаянно пытаются найти выход из ситуации, причем не только занять денег у Европейского Центробанка (возможности которого не безграничны), но и привлечь деньги на рынке. Однако панические настроения инвесторов и клиентов могут со временем свести на нет все их усилия.

Дело в том, что под вилянием «преддефолтных» событий в Греции и Италии, а также вследствие нестабильности рынков физические и юридические лица-клиенты европейских банков за последние месяцы вывели со своих счетов миллиарды евро. По данным банков Италии и Испании, темпы снижения объема депозитов выражаются двузначным числом (в процентном выражении). Банки стран ЕС всеми силами стремятся сохранить своих клиентов и привлечь новых посредством рекордно высоких ставок по депозитам, что делает более дорогим финансирование ими собственных операций. По данным итальянского Центробанка, средний уровень ставки по депозитам в стране поднялся в сентябре до 2,6%, что почти вдвое выше ставки, предлагавшейся в начале текущего года. Однако «соблазнить» потенциальных клиентов 2,6% или 3% годовых в условиях, когда риск банкротства банка с каждым днем возрастает (и это банкротство может вполне произойти в течение ближайшего года), банкам становится все труднее.

Очутившись в критической ситуации, европейские банки начинают сворачивать кредитование в других странах, усложняя местным компаниям привлечение средств и повышая стоимость заемных ресурсов. Такой процесс, в частности, наблюдается и в Украине. Здесь ставки по депозитам за последний месяц подскочили на 2-3% и уже достигают 19-20% годовых в гривне, также резко подорожали кредиты для реального сектора. В итоге проблемы с привлечением финансирования начинают испытывать компании по всему миру, где есть дочерние структуры банков стран еврозоны – в Восточной Европе и странах СНГ, Латинской Америке, Австралии, Африке, США, что может отрицательно сказаться на темпах роста мировой экономики.

Еще недавно банки еврозоны наращивали кредитование в развивающихся странах и были там одними из крупнейших трансграничных кредиторов. По данным Royal Bank of Canada, с 2005 по 2011 гг. объем таких кредитов вырос в четыре раза – до $2,4 трлн. После банкротства Lehman общий объем кредитов сократился на 20%, но начал расти в 2010 г. Сокращение в аналогичных масштабах, по мнению аналитиков Royal Bank of Canada, может привести сегодня к проблемам в тех экономиках, где значение банков еврозоны велико.

В наибольшей степени зависят от банков еврозоны страны Восточной Европы. В Чехии, например, банки еврозоны выдали кредитов на сумму, превышающую 105% ВВП; меньше доля кредитов банков еврозоны в Украине, однако она также существенная. Также засвистит от банков еврозоны Латинская Америка – их кредиты достигают 40% ВВП Чили, 18% ВВП Мексики, 15% ВВП Бразилии. Меньше всего от кредитов европейских банков зависят экономики Азии (4% ВВП в Индии, 2% ВВП в Китае).

Аналитики Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) в ближайшее время предсказывают усугубление проблем дочерних структур европейских банков, работающих на развивающихся рынках. Банки еврозоны активно привлекают капитал из-за возможных потерь по долговым бумагам проблемных европейских стран и из-за ужесточения требований к достаточности капитала, в том числе и путем вывода капиталов из стран, где размещены их дочерние учреждения.

Итальянский UniCredit и немецкий Commerzbank (которые имеют крупные дочерние структуры в Украине) недавно заявили, что сократят кредитование за пределами своих основных национальных рынков. Аналогичное решение могут принять и многие другие банки еврозоны, через свои «дочки» работающие на украинском рынке, что скажется негативно на экономике нашей страны уже в ближайшее время.

Однако настоящая катастрофа для украинской (и не только) экономики начнется поле того, как «материнские» банки в странах еврозоны «посыпятся». В таком случае не исключено, что их собственники решат ликвидировать свой бизнес в развивающихся странах, причем любыми путями, чтобы получить «хоть что-то». Учитывая то, что украинская экономика в результате европейского кризиса неизбежно пострадает (причем это ударит в первую очередь по потребительскому и автокредитованию, которым в Украине увлекались банки «европейского происхождения), массовое банкротство европейских банков, которые имеют свои структуры в Украине, значительно усугубит финансовую ситуацию в стране.

Василий КРЮКОВ

Ситуация на мировых рынках для украинских экспортеров, прежде всего металлургов, продолжает сегодня очень быстро ухудшаться. Некоторые металлургические комбинаты уже планируют сокращение производства и приостанавливают свои инвестиционные программы. В таких условиях оказать существенную поддержку экспортерам могло бы некоторое ослабление национальной валюты, ведь каждая копейка, на которую гривна «проседает» по отношению к доллару, может сделать работу экспортеров, балансирующих сегодня «на грани рентабельности», прибыльной.

Однако руководство Нацбанка, невзирая на пожелания «металлургического» лобби, в последнее время предпринимало усилия по стабилизации гривны и недопущению ее девальвации и, судя по динамике валютного рынка на минувшей неделе, добилось своего.

Нацбанк резко уменьшил рефинансирование коммерческих банков, из-за чего на рынке образовался дефицит гривневых ресурсов. Это сразу же отразилось на ликвидности банков: остатки средств на корреспондентских и транзитных счетах банков одно время снизились до отметки до 10,7 млрд. грн. при минимально необходимом уровне не меньше 15 млрд. грн. Стремясь раздобыть гривневые ресурсы «любым путем», банки шли на то, чтобы покупать их по завышенным ценам, а ставки по межбанковским кредитам «овернайт» на минувшей неделе достигли рекорда. 21 ноября их давали под 28,4% годовых, а уже 22-го и 23-го сделки заключались по ставкам 40-50% годовых. Естественно, в таких условиях банкам было не до выдачи кредитов. В итоге в первую очередь были «приторможены» ипотечные кредитные программы, сократилось в определенной мере даже бурно развивающееся потребительское кредитование и автокредитование. Несмотря на некоторый рост доходности по ОВГЗ, из-за нехватки гривны у банков не было возможности их покупать и последний аукцион Минфина по первичному размещению гособлигаций был провален.

Рано или поздно «нервы» у банкиров должны были сдать. Чтобы получить гривневые ресурсы, они начали распродавать свои валютные запасы – к чему и стремился Нацбанк.

В итоге в последней декаде ноября 2011 г. в Украине началась ревальвация гривны. И хотя никаких «революционных» изменений в балансе притока и оттока валюты из страны в это время не произошло, в условиях жесточайшей нехватки гривневых ресурсов банки начали продавать доллар на межбанке почти по 7,8 грн./$. В частности, в минувший вторник банки впервые с августа 2011 г. были вынуждены продавать валюту Нацбанку по курсу ниже 8 грн./$ и котировки межбанковского рынка в этот день снизились с 7,999/8,006 грн./$ до 7,897/7,994 грн./$.

Чтобы окончательно развеять все сомнения относительно своих планов, руководство НБУ на минувшей неделе собрало у себя руководителей ведущих украинских банков и заявило о том, что курс в течение ближайшего года будет удерживаться любыми способами для того, чтобы девальвация банкирами даже не планировалась. О своих планах относительно удержания курса гривны заявил и председатель Национального банка Сергей Арбузов. По его словам, заявляя о кризисе ликвидности и нехватке гривневых ресурсов, банки лукавят и их платежеспособности ничего не угрожает. Глава НБУ считает, что банки сознательно использовали любые свободные гривневые ресурсы для покупки валюты впрок, ждали глубокую девальвацию и хотели на этом заработать, однако, по его словам, НБУ располагает инструментами, чтобы вмешиваться в ситуацию на валютном рынке и не давать возможность спекулянтам наживаться на населении.

Однако проблема в том, что девальвационные ожидания были не только у банкиров, но и у экспортеров. И если цены на мировых металлургических рынках упадут от нынешнего уровня еще на 15-20%, то удержание курса гривны «любой ценой» может обернуться для украинских металлургических комбинатов настоящей катастрофой. Кроме того, политика Нацбанка по созданию искусственного ресурсного голода привела к уменьшению кредитования реального сектора, что уже негативно отражается на экономике страны.

Во многом нынешнее искусственное укрепление гривны в чем-то напоминает «предкризисную» ревальвацию национальной валюты в мае 2008 г.: когда до прихода кризиса в Украину оставалось всего три месяца, Нацбанк «административным методом» укрепил курс гривны с 5,3 грн./$ почти до 4,5 грн./$. Это сразу же ударило по украинским экспортерам, которые к кризису просто не смогли подготовиться и в итоге осенью 2008 г. из-за резкого падения экспорта (и, соответственно, поступлений валюты в страну) резервы Нацбанка начали стремительно таять. В итоге через полгода с момента искусственной ревальвации Нацбанку пришлось пойти на резкую девальвацию гривны, причем не на какие-нибудь 5-10%, а в два раза, и к концу осени 2008 г. доллар «взлетел» до 9 грн./$ и уже никто не вспоминал «весенних» заявлений руководства НБУ о том, что гривна и дальше будет только укрепляться.

Как будет развиваться сейчас мировой финансовый кризис и какова будет его динамика – никто сегодня не знает. Поэтому нынешняя «победа» НБУ над коммерческими банками, в ходе которой он, вопреки ожиданиям последних, добился стабильности гривны, может быть последней.

При этом положительным моментом искусственного сдерживания гривны Нацбанком путем создания «ресурсного голода» была фактическая приостановка новой предкризисной «ипотечной лихорадки». Резкий рост выдачи ипотечных кредитов накануне почти неизбежного кризиса – почти всегда зло, и сегодня он приторможен. Тем же застройщикам, у которых начались «раньше обычного» проблемы с продажами жилья на первичном рынке, необходимо «заранее» подготовиться кризису и не «запускать» новые потенциальные долгострои.

Иван ФЕДОРОВ

Опыт показывает: для того, чтобы стать «узнаваемым» в том или ином мажоритарном округе, кандидату в депутаты нужен, как минимум, год. За полгода тоже можно потенциальным избирателям «примелькаться» и даже заслужить определенные симпатии, но стоить это будет намного дороже, а шансы на победу по сравнению с теми, кто начал «мелькать» и завоевывать симпатии раньше, несколько ниже. Учитывая, что до очередных парламентских выборов осталось менее года, начинать «окучивать» мажоритарные округа потенциальным кандидатам в депутаты нужно было еще вчера (многие «до последнего» ждали принятия изменений в избирательное законодательство, возвращающее мажоритарку), и сегодня им придется лихорадочно наверстывать упущенное. Учитывая то, что еще месяц назад своих «благодетелей», претендующих на голоса по соответствующему округу, их жители еще не знали, а завтра на них обрушится «вал» как политической рекламы, так и всевозможных мероприятий, пайков и прочих «добрых дел» от кандидатов, то ситуация для соискателей «мажоритарных» депутатских мандатов существенно усложняется. Ведь выделиться среди прочих, не жалеющих средств на рекламу и «ублажение» избирателей кандидатов, будет трудно. И здесь одним из главных моментов является правильная стратегия проведения мажоритарной предвыборной кампании.

Задача номер один для кандидатов-мажоритарщиков – это поиск «подходящего» округа. При этом прошлая деятельность кандидата, связанная с соответствующим городом или районом, входящим в округ, либо происхождением из данной местности – вовсе не факт, что население окажет ему поддержку на выборах. Мнение земляков о «местном» выходце может уже быть устойчиво негативным, а в округе, где раньше кандидата не знали, у него, при правильной кампании, могут быть даже большие шансы на победу.

К примеру, экс-президенту Виктору Ющенко мало что светит в округе, в который входит его родное село Хоруживка (в Сумской области его «потолок» – 1%), а вот где-нибудь на западной Украине у него есть шанс набрать 5-7% голосов, однако шансы пройти в следующий состав Верховной Рады у бывшего любимца Майдана и «мессии» практически нулевые.

Этого не скажешь о его предшественнике Леониде Кучме, чье правление некоторые начинают вспоминать чуть ли не с ностальгией. На минувшей неделе второму украинскому президенту был прямо задан вопрос о его перспективах возвращения в большую политику, в частности – через депутатство в следующем составе Верховной Рады, и он сообщил, что уже знакомился с прогнозными результатами своего прохождения в парламент по некоторым мажоритарным округам, и эти результаты обнадеживают. Вполне возможно участие Леонида Кучмы в нынешних выборах, в частности, он теоретически может пройти в Верховну Раду по «родному округу», включающему Новгород-Сиверский район Черниговской области. За годы, прошедшие с времен президентства Леонида Кучмы, жизнь в этом районе, как и в соседних, лучше не стала и местные жители вполне могут отдать голоса за «экс-президента», особенно если он правильно организует свою предвыборную кампанию.

Выбрать мажоритарные округа в «глубинке» могут и некоторые представители бизнеса, имеющие здесь крупные и особенно «градообразующие» предприятия. При этом расходы на пропагандистскую работу в соответствующем округе могут иметь своеобразную «двойную цель» – это и предвыборная кампания, и меры по дополнительной социальной защите своих же работников и их семей, что может вполне пригодиться не только на нынешних парламентских выборах, но и в будущем. По сути, у некоторых из кандидатов – представителей крупного бизнеса – уже есть «базовые» мажоритарные округа и им начинать предвыборную кампанию (если у работников соответствующих предприятий к их собственникам ранее не было претензий) легче, чем тем, кто приходит в округа «с нуля».

Определенное значение при выборе округа может иметь этнический состав и «геополитическая ориентация» отдельных регионов Украины. К примеру, русскоязычным кандидатам «неукраинского» происхождения, да еще связанным с Россией, трудно будет победить во Львовской или Ивано-Франковской областях, в особенности на выборах в Верховну Раду, где избиратели явно будут ждать от них проведения «антимосковской» политики. С аналогичными проблемами могут столкнуться «национально-свидомые» политики и бизнесмены, рискнувшие «попытать счастья» в мажоритарных округах на востоке Украины. Ряд мажоритарных округов имеют ярко выраженный «этнический» характер, где у «чужака» по определению мало шансов: к примеру, населенные преимущественно этническими венграми Береговский и Виноградовский районы Закарпатья вряд ли будут голосовать за «чужих» политиков и бизнесменов, то же касается населенных румынами районов Черновицкой области.

Ситуация усложняется тем, что многие будущие депутаты-мажоритарщики не имеют четкого представления о том, как в современных условиях правильно вести избирательную кампанию в округах. Так, очень большое внимание они уделяют «универсальным» политтехнологиям (годящимся в масштабах страны, но не под конкретный округ), наружной рекламе и рекламе в СМИ. Однако залогом победы в мажоритарном округе является либо непосредственное общение с избирателями, либо создание у избирателей образа «благодетеля».

Что касается такой «традиционной» предвыборной работы среди населения как раздача продуктовых пайков, то следует отметить, что расходы на такую кампанию по сравнению с минувшим годом сегодня уменьшилась по причине удешевления ряда продуктов питания. В частности, благодаря высокому урожаю в нынешнем году подешевела гречневая крупа, снизилась цена на сахар, практически замерли цены на подсолнечное масло. В итоге «сопоставив бюджеты» на рекламную кампанию путем «закупки» мест на биг-бордах, организацию всевозможных палаток с раздачей печатной агитационной литературы, и путем рекламы в местных в СМИ с расходами на «продуктовые пайки», многие кандидаты в депутаты могут пойти по проторенному Леонидом Черновецким пути. Для населения депрессивных регионов такие «подачки» безусловно будут серьезным стимулом для их голосования на выборах за того или иного кандидата. Однако методика продуктовых пайков и подачек хороша, если такую предвыборную работу на весь округ практикует один или два кандидата. Если с десяток кандидатов будут наперебой «закармливать» избирателей продуктовыми пайками, это может привести к обратному эффекту и избиратель может сделать выбор, исходя из других критериев.

Значительно снижает у «незнакомого» населению кандидата шансы на победу высокая «плотность» претендентов на округ, в особенности известных и состоятельных. Можно предположить, что в нынешней кампании многие кандидаты-мажоритарщики ограничатся городами-"мегаполисами" и не будут уделять большого внимания небольшим городам и населенным пунктам «в глубинке». В первую очередь будут «востребованы» мажоритарные округа в Киеве, Харькове, Одессе, Днепропетровске. Здесь будет много конкурентов, причем с известными населению фамилиями. В таких условиях шансов «выиграть округ» у малоизвестного кандидата-бизнесмена будет немного.

Наоборот, в глубинке, особенно «труднодоступной», вдали от областных центров шансы на победу у малоизвестных в целом кандидатов увеличиваются и расходы средств для того, чтобы завоевать мандат, здесь могут быть на порядок меньшими, чем в столице – естественно, при правильной организации предвыборной кампании. Нельзя сбрасывать со счетов и то, что многие кандидаты, уверенные в своих возможностях и в своей популярности, будут просто «лениться» ездить в «глубинку», в отдаленные округа (из Киева на автомобиле в некоторые из них нужно добираться по 7-9 часов и делать это во время предвыборной кампании не один раз), и «конкурс» здесь будет меньше, чем в столице и мегаполисах. Также нужно учесть, что в отдаленном округе тот или иной «предвыборный трюк» может быть новшеством, а в столице и городах-"миллионниках" придумать что-нибудь такое, что уже не предлагали избирателям другие кандидаты, будет трудно.

Интересным «новшеством» грядущей парламентской предвыборной кампании в Украине может стать использование социальных сетей, в том числе и мажоритарными кандидатами в депутаты ВР. Сегмент агитации за конкретных кандидатов через социальные сети в интернете в Украине в значительной мере «не освоен», однако у него огромные перспективы, учитывая наличие в социальных сетях многочисленных групп, сформированных «по месту жительства». Правильная организация агитации и пропаганды в этих группах может принести кандидатам в депутаты определенные бонусы на выборах. Самое главное, что социальные сети могут давать иллюзию непосредственного общения кандидата с избирателями и таким образом положительно влиять на его имидж и увеличивать шансы на успех на выборах.

Михаил ТИМЧУК